Libmonster ID: UZ-940
Author(s) of the publication: В. Я. БЕЛОКРЕНИЦКИЙ

11 - 12 августа 2003 г. в столице Пакистана Исламабаде проходил международный семинар, посвященный взаимоотношениям США, Европейского союза, Российской Федерации, Китая и Японии со странами Южной Азии. Семинар был организован Институтом региональных исследований (основан в 1982 г., финансируется министерством информации Пакистана, научно-исследовательская работа тематически связана главным образом с проблемами Южной Азии).

На открытии семинара выступил президент Пакистана генерал П. Машарраф. В речи, произнесенной им в день своего 60-летия, президент подчеркнул значение связей Пакистана с Китаем и США и отметил наступление "оттепели" в отношениях в Россией. Кроме того, он заверил в приверженности Пакистана идеалам мира и сотрудничества в Южной Азии и призвал расширить функции и усилить значение Ассоциации сотрудничества стран Южной Азии (СААРК). Пакистанские СМИ уделили значительное внимание последнему предложению президента, подчеркнув высказанную им мысль о необходимости изменения устава организации, который запрещает обсуждение в ее рамках проблем двусторонних отношений. Предложение это обозначает, как представляется, новую инициативу пакистанской дипломатии, направленную на повышение уровня многостороннего политического взаимодействия в Южной Азии, выявляя стремление Исламабада мобилизовать поддержку стран региона для давления на Дели в кашмирском вопросе.

На открывающей семинар сессии выступил также видный пакистанский дипломат, бывший секретарь по иностранным делам (первый зам. министра иностранных дел) Инам-уль-Хак, который дал взвешенную картину отношений Пакистана с США, Европой, Россией, Китаем и Японией.

Первое заседание было посвящено интересам и политике США в Южной Азии. В докладе крупного американского специалиста по вопросам нераспространения ядерного оружия и политическим проблемам в Азии Р. У. Джонса отмечалось, что ключевые интересы внешней политики США изменились наиболее радикальным способом после окончания холодной войны. В период с 1947 по 1990 г. императивы противостояния тогдашнего геополитического Востока и Запада определяли американскую политику в отношении Индии и Пакистана. Последний выступал как стратегический партнер Соединенных Штатов, в то время как Индия, хотя и вы-

стр. 166


зывала "восхищение" своей демократией, "не была доступна" как союзник. Последующий этап Р. У. Джонс разделил на три подэтапа, охватывающих восемь лет до подземных ядерных испытаний, проведенных Индией и Пакистаном в мае 1998 г., три года после них вплоть до событий 11 сентября 2001 г. и два года, прошедшие с того времени. Автор доклада отметил, что различия между подэтапами американской политики, будучи существенными, все же не являются кардинальными. Налицо явное смещение акцентов в южноазиатской политике Вашингтона в сторону Индии. Ядерные испытания лишь ненадолго омрачили американо-индийские отношения, так как уже в мае-июне 1999 г. в ходе мини-войны между Индией и Пакистаном на линии контроля в Кашмире Вашингтон встал на сторону первой. События 11 сентября выдвинули для США на первый план войну с терроризмом. Индия выразила готовность участвовать в ней без промедления, и вслед за тем американо-индийские контакты в военной области существенно углубились. Одновременно расширилось военно-техническое сотрудничество между Индией и Израилем.

В докладе Р. У. Джонса особо подчеркивается, что Индия при коалиционном правительстве, сформированном Индийской народной партией (Бхаратия джаната парти, БДП), оказалась значительно более расположена к сотрудничеству с Соединенными Штатами в области безопасности, хотя "все еще осторожной в движении к такого типу формализованной военной кооперации, который может быть назван стратегическим альянсом". Проблема ядерного распространения продолжает волновать США, но они понимают невозможность обратить процесс вспять и надеются затормозить ядерное вооружение Индии и Пакистана и предотвратить экспорт ими ядерных и ракетных технологий. Значение последнего государства в войне против терроризма, особенно на ее афганском витке, оказалось значительным, но, в отличие от Индии, Пакистан не только важнейший ее участник, но и сам является в какой-то мере "частью проблемы". Отсюда двойственность отношения к нему Вашингтона.

Профессор делийского Университета им. Дж. Неру У. Сингх остановилась на особенностях политики США в Южной Азии после 11 сентября 2001 г. Как и Джонс, она высказала мнение, что за последние два года американо-индийские отношения существенно улучшились. Среди причин этого она выделила экономический прогресс, которого добилась Индия с начала 1990-х гг., ее превращение в "большой развивающийся рынок", а также появление динамичной общины американцев индийского происхождения, особенно преуспевающих в секторе информационных технологий. Расширение двусторонних связей затронуло как торгово-экономическую сферу (взаимная торговля достигла 14 млрд. дол. в год, а американские инвестиции - трети иностранных прямых вложений в индийскую экономику), так и военно-политическую (совместные учения представителей всех видов войск, прочные контакты между оборонными и разведывательными органами).

По мнению У. Сингх, связи между Индией и США не являются беспроблемными. Дели смущают американские походы к мировым делам, в частности демонстрируемое Соединенными Штатами предпочтение однополярной структуре международных отношений и превентивным интервенциям. Участвуя вместе с США в борьбе против терроризма, Индия находит американскую позицию в отношении таких ее активных участков, как Чечня, Синьцзян и Кашмир, не вполне совпадающей со своей. Особенно велики были расхождения по вопросу о терроризме в индийском штате Джамму и Кашмир. Однако в последнее время они уменьшились. Хотя Дели по-прежнему исключает международное посредничество при решении кашмирского вопроса, он готов принять от Вашингтона некоторое содействие.

Известный американский специалист по Южной Азии С. Ф. Коэн главное внимание в своем докладе уделил особенностям современной политики США в отношении Пакистана. Дополняя исторический экскурс Р. У. Джонса, он особо отметил роль Вашингтона в преодолении кризиса мая-июня 2002 г. в отношениях между Дели и Исламабадом, грозившего перерасти в ядерный конфликт. Хотя в тот период США еще раз продемонстрировали свою равноудаленность от двух антагонистов и тем самым вновь отказались удовлетворить ожидания части политического класса Пакистана, они сохранили исключительно большую заинтересованность в нем. Об этом красноречиво свидетельствует совершенный в июне 2003 г. визит П. Мушаррафа в США, теплый прием, оказанный ему президентом Дж. Бушем, и обещание американской стороны предоставить Пакистану в течение пяти лет военно-экономическую помощь на сумму 3 млрд. дол. Касаясь краткосрочных и долгосрочных целей американской политики на пакистанском направлении, С. Ф. Коэн выделил шесть задач. Первая из них - терроризм, совместная борьба

стр. 167


с "Аль-Каидой"; вторая - ядерная программа, необходимость купировать ядерную гонку с Индией, а также опасные контакты с Северной Кореей; третья - демократизация, ее осуществление таким образом, чтобы не нарушить стабильность нынешнего режима; четвертая - устранение враждебности Пакистана к Индии, чтобы дать США возможность и дальше развивать отношения с последней; пятая - его превращение в умеренное мусульманское государство, которое могло бы стать моделью для других стран исламского мира; наконец, шестая - уменьшение риска трансформации Пакистана в "страну-изгоя" вследствие победы там экстремистско-террористических элементов. Определив задачи, стоящие перед США, С. А. Коэн наметил пути их достижения. Среди них - акцент на позитивную корреляцию между американской помощью и шагами пакистанского руководства, которые должны принести реальные плоды в области экономики и образования, в борьбе с коррупцией и в политической сфере.

На первом заседании с докладами выступили также два пакистанских политолога Х. - А. Ризви и генерал в отставке К. Матинуддин. Х. -А. Ризви отметил, что этап укрепления американо-пакистанских отношений с сентября 2001 г. пришел на смену периоду длительного охлаждения, начавшегося в 1990 г., когда США наложили эмбарго на программы содействия Пакистану из-за его ядерной программы. Ко времени включения Исламабада в антитеррористическую борьбу на него распространялись американские санкции четырех видов, введенные в 1990 г., 1998 г. (после ядерных испытаний), 1999 г. (вследствие военного переворота) и 2000 г. (в связи с подозрением в импорте ракетных технологий из Китая). Свидетельством улучшения двусторонних связей стала отмена основной части санкций и предоставление Пакистану в 2002/2003 фин. г. свыше 1 млрд. дол. экономической помощи, не считая платежей за использование вооруженными силами США покистанских аэродромов и других объектов. Согласованное Дж. Бушем и П. Мушаррафом расширение программ взаимодействия не означает, по мнению Х. -А. Ризви, устранения расхождения по всем пунктам между Исламабадом и Вашингтоном. В частности, остаются различия в подходе к операциям против остатков "Аль-Каиды" и движения "Талибан" в полосе горных пуштунских племен. Осуществленный под нажимом США ввод туда пакистанских регулярных частей уже вызвал обострение отношений между Пакистаном и Афганистаном, приведшее даже к разгрому пакистанского посольства в Кабуле. Трения вызывают также аресты и высылка из Соединенных Штатов пакистанских граждан с просроченными документами, а также задержки с выдачей виз для пакистанцев, работающих или обучающихся в Америке. Х. - А. Ризви подчеркнул, что превращение США по сути в региональную державу в Южной Азии требует от них более сбалансированного подхода к Пакистану и Индии.

Охарактеризовав цели американской политики в отношении Пакистана и Индии, К. Матинуддин остановился на ожиданиях и сомнениях пакистанской стороны. Участие Пакистана в войне с международным терроризмом принесло ему определенные выгоды. Однако и понесенные им потери из-за операции против талибов были весьма существенными (падение доходов от туризма, сокращение внешней торговли и притока иностранного капитала). Несмотря на предоставление США Пакистану значительной военной и экономической помощи, они продолжают оставаться крайне непопулярными среди пакистанцев. Причина этого, по мнению К. Матинуддина, в несправедливой поддержке американцами действий Израиля против палестинцев и Индии против своих мусульман. Вторжение в Ирак еще более усилило неприязнь к США. Пакистанское правительство вместе с тем надеется, что Вашингтон и в дальнейшем будет оказывать давление на Дели, чтобы уговорить его вступить в переговоры с Исламабадом по вопросу о Кашмире. Благоприятные подвижки в индийской позиции по этому вопросу, наметившиеся с апреля 2003 г., требуют и от пакистанской стороны выполнения в полном объеме обещания положить конец трансграничной инфильтрации.

На второй рабочей сессии рассматривалось взаимодействие стран Европейского Союза и Южной Азии. Были заслушаны и обсуждены доклады двух англичан, двух немцев и француза. Наибольший интерес вызвало выступление ведущего специалиста центра южноазиатских исследований в Париже Ж. -Л. Расина. Объединенная Европа, отметил он, занимает ныне прочное первое место среди торговых партнеров государств Южной Азии. Ее торговый оборот с Индией в 2001 г. равнялся 25 млрд. евро, составляя более пятой части общего индийского товарооборота. Пакистан и Бангладеш в еще большей степени "завязаны" во внешнеторговом плане на страны Европы, особенно это касается их экспорта, в котором ведущее место занимают текстильные товары. Вместе с тем доля Южной Азии во внешнеторговом обороте Европы равняется всего 2%. Индия занимает 20-е место среди ее торговых партнеров. Таким образом,

стр. 168


торговое значение Европы для Южной Азии неизмеримо больше, чем южноазиатских стран для европейских. В качестве источника инвестиций роль Европейского союза также значительна: из 30 млрд. дол., привлеченных Индией за 1991 - 2001 гг., на него пришлось 13.5%.

Как заметил Ж. -Л. Расин, Европейский союз лидирует в мире по величине как "официальной помощи развитию", так и гуманитарной помощи. Южной Азии отведено в европейских программах значительное место. Бюджетом ЕС на 2002 - 2006 гг. предусмотрено выделение Бангладеш 560 млн, а Индии - 225 млн. евро. Кроме того, действуют многочисленные целевые и специальные проекты. Из стран Южной Азии у ЕС сложились совершенно особые отношения с Индией. В 2000 г. в Лиссабоне между их представителями прошла первая встреча на высшем уровне, в 2001 г. в Дели и в 2002 г. в Копенгагене состоялись еще два саммита. Индия, таким образом, вошла в круг немногих государств (США, Канада, Россия, Китай и Япония), с которыми объединенная Европа проводит регулярные ежегодные встречи на самом высоком уровне. Индия, подчеркнул Ж. -Л. Расин, стала важным партнером ЕС в формировании "нарождающегося многополярного мира". Европа, однако, не заинтересована в том, чтобы при этом загнать в угол Пакистан. Она рассматривает его как государство, которое из-за хронических "структурных проблем" нуждается в помощи, и хотела бы содействовать решению спорных вопросов, прежде всего кашмирского, между ним и Индией. К тому же Европа, особенно Германия, играющая видную роль в процессе восстановления мира в Афганистане, хорошо понимает, сколь существенно сказывается на афганской ситуации положение в Пакистане.

Интересным оказался также доклад З. Мустафы, в котором анализировалась пакистанская точка зрения на политику Европейского союза в регионе. В нем отмечалось, что заключение первых торговых соглашений между ЕС и южноазиатскими странами относится к середине 1970-х гг., после чего утвердилась практика их подписания примерно раз в 10 лет. Для Пакистана Европейский союз является крупнейшим торговым партнером (30% экспорта и 27% импорта). При этом отношения между ним и единой Европой не всегда были ровными. ЕС осудил ядерные испытания в 1998 г., возложил на Пакистан вину за конфликт с Индией в 1999 г. и выразил разочарование в связи с приходом к власти военных в том же году. Торговое соглашение "третьего поколения" вместо 1998 г. было подписано лишь в ноябре 2001 г. вслед за обнародованием П. Мушаррафом "дорожной карты к демократии". З. Мустафа заметила, что Южная Азия сильно проигрывает соседней Юго-Восточной Азии по всем основным социальным и экономическим показателям и является для Европы менее интересным партнером (торговля последней с ЮВА втрое больше, чем с ЮА). Вину за это пакистанская участница семинара возложила на страны региона, которые не смогли добиться решения внутренних проблем, а также наладить региональное сотрудничество. Достижения СААРК не сопоставимы с результатами, которых добились и АСЕАН, и ЕС. Важнейшим условием расширения связей Южной Азии с объединенной Европой она считает усиление сотрудничества между странами региона.

Темой третьего заседания были отношения России со странами Южной Азии. С докладом "Ключевые интересы и политика РФ в ЮА и ее влияние на региональные государства" выступил зав. отделом ИВ РАН В. Я. Белокреницкий. Он охарактеризовал место региона во внешнеполитических приоритетах Российской Федерации и проанализировал такие составляющие ее политики, как военно-техническое сотрудничество, взаимодействие в области безопасности, решении политических проблем, а также торгово-экономические связи. В российско-пакистанских отношениях, отметил он, в течение последнего года наметились явные перемены к лучшему. Многообещающими представляются перспективы экономического сотрудничества, особенно после визита президента П. Мушаррафа в Москву в феврале 2003 г. Уже начались переговоры о содействии России в расширении металлургического комбината с 1.1 до 1.5 млн. т стали в год, возможно также взаимодействие в области нефте- и газодобычи, сфере телекоммуникаций и др.

Доклад вызвал обмен мнениями, в ходе которого пакистанские участники семинара подчеркивали заинтересованность своей страны в развитии многообразных связей с Россией (изложение выдержек из доклада опубликовала газета "Нэйшн", а почти полностью он, наряду с некоторыми другими докладами, появился на страницах органа деловых кругов газеты "Бизнес рикордер").

Политике Российской Федерации в Южной Азии были посвящены еще три доклада. Их сделали известный журналист и политический деятель сенатор М. Хусейн, профессор Р. Б. Раис и бывший посол Пакистана в России М. Алам. Первый отметил значительное влияние, которое

стр. 169


РФ неизменно оказывала на развитие южноазиатского субконтинента, и высказал мнение о неизбежности усиления этого фактора в будущем. Касаясь связей Пакистана с Россией, М. Хусейн акцентировал внимание на желательности их укрепления и наличии для этого в настоящее время благоприятных возможностей. Но его тезис о значении чеченского кризиса для пакистано-российских отношений встретил критику со стороны участников обсуждения. Р. Б. Раис также увидел "окно возможностей" для расширения сотрудничества между Пакистаном и Россией, особенно в экономической области, где содействие Москвы традиционно было весьма ощутимо. Согласившись с появлением определенных перспектив для усиления пакистано-российского взаимодействия, М. Алам отметил вместе с тем традиционное предпочтение, которым пользуется в Москве Индия. Оно, по его мнению, сложилось давно, еще в конце 1940-х годов, и в немалой степени объясняется особенностями пакистанского внешнеполитического курса.

Четвертая рабочая сессия целиком посвящалась теме Китая и Южной Азии. Председательствовал на ней посол КНР в Пакистане Чжан Чунсян, а доклад представил научный сотрудник из Пекина Ху Шишень. Китайский посол во вступительном слове особо подчеркнул, что подъем китайско-индийских связей, продемонстрированный недавним визитом индийского премьера А. Б. Ваджпайя в КНР, не отразится отрицательно на традиционно тесных, дружественных отношениях Китая и Пакистана.

В докладе китайского ученого была представлена достаточно широкая панорама целей и приоритетов современной китайской внешней политики и проанализированы новейшие тенденции и перспективы ее развития на южноазиатском направлении. Как следует из доклада, главная задача внешней политики КНР состоит в обеспечении условий для "обновления" китайской нации и решения острых проблем, стоящих перед страной (аграрное перенаселение, безработица, разрыв между восточными и западными регионами, диспропорции в доходах). Проблема Тайваня, попытка его отделения от Китая - единственное, что может отвлечь Пекин от достижения поставленных целей во внутренней и внешней политике. По словам Ху Шишеня, без Тайваня Китай не может стать по настоящему крупной международной державой и окажется "зажатой на суше страной, не способной осуществить идеалы национального возрождения". КНР, кроме того, ощущает на себе давление Америки и вряд ли между ними в будущем наладится значимое стратегическое партнерство. Ибо основная цель США не допустить появление конкурента, угрожающего их доминированию в мире, а Китай воспринимается как потенциальный соперник номер один. Из-за этого Соединенные Штаты на протяжении более 10 последних лет стремились к стратегическому окружению КНР. Ответом Китая явилась политика установления и развития добрых отношений со всеми соседями. Одним из важнейших ее направлений стало южноазиатское, тем более что в комплексе различных проблем взаимоотношений Китая с соседними странами долгое время оставался неурегулированным ряд вопросов в отношениях с Индией, ведущей страной региона.

Ху Шишень отметил, что отношения КНР с Индией постепенно улучшались с начала 1990-х годов, и процесс заметно ускорился в последние годы. Нерешенные территориально-пограничные вопросы и проблема Тибета по инициативе Китая были "положены на полку". Торговля с 1991 по 2002 г. выросла почти в 20 раз - с 260 млн. до почти 5 млрд. дол. В последнее время началось экономическое сотрудничество, не принесшее, впрочем, пока значительных результатов (число совместных предприятий равно 15). Однако перспективы экономического взаимодействия Китая как с Индией, так и с Пакистаном велики вследствие исключительно быстрых темпов роста экономики КНР и ее внешней торговли (за 2002 г. китайский внешний товарооборот вырос на 22%, до 623.8 млрд. дол.). Значение Южной Азии для Китая возрастает в связи с принятием программы Великого развития западных регионов. Увеличивается роль обоих маршрутов, соединяющих эти районы с морем - через Мьянму с выходом в Бенгальский залив и через Пакистан - в Аравийское море. При этом Пекин собирается подключить Дели к многосторонней кооперации на восточном направлении (Китай, Индия, Бангладеш и Мьянма) и, помимо Пакистана, задействовать страны Центральной Азии и Афганистан - на западном.

Второй доклад, посвященный политике Китая в Южной Азии был сделан видным дипломатом, бывшим послом Пакистана в КНР М. А. Бхатти. Он высказал мнение, что хотя Китай и Индия сделали в последнее время ощутимые шаги навстречу друг другу, не исключено, что в дальнейшем их отношения будут скорее конкурентными, чем партнерскими. США, по его мнению, настраивают Индию против Китая, и индийские представители в присутствии американ-

стр. 170


цев неизменно допускают критические замечания в адрес КНР, рассматривая ее как потенциальную угрозу индийским интересам. В то же время Пакистан не имеет ничего против улучшения китайско-индийских связей, полагая, что влияние Пекина позитивно скажется на политике Дели в регионе, в том числе по кашмирскому вопросу. Пакистанский дипломат поддержал внешнеполитическую линию Пекина, осудив при этом "доктрину Буша", отражающую стремление к единоличной гегемонии и приверженность тактике силового упреждения. Остановившись на двусторонних пакистано-китайских связях, М. А. Бхатти отметил, что товарооборот между странами колеблется на уровне 1 млрд. дол., причем КНР имеет значительное положительное сальдо. Китай, и раньше оказывавший Пакистану существенную помощь в развитии инфраструктуры и отраслей тяжелой промышленности, собирается выделить свыше 1 млрд. дол. на реализацию ряда важных инфраструктурных объектов, главным образом в пакистанской провинции Белуджистан.

На пятом заседании участники семинара рассмотрели политику еще одной ведущей мировой державы, Японии, в отношении Южной Азии. Т. Хироше из Токио остановилась на некоторых особенностях японской внешней политики, в частности ее тесных партнерских связях с США. Она заметила, что последнее обстоятельство вызывает зачастую недоумение в странах Южной Азии, тем более что Япония в свое время подверглась ядерной атаке со стороны Соединенных Штатов. Несмотря на осадок от прошлого, японцы, заявила Т. Хироше, в своем большинстве признательны Америке за то, что она сделала для них после окончания Второй мировой войны и не собираются отказываться от стратегического партнерства с США. Что касается Южной Азии, то Япония оказывает помощь как на общерегиональном уровне (СААРК), так и особенно на двустороннем, и намерена активизировать свою политику в регионе.

Из трех других докладов, посвященных Японии, наиболее содержательный, как представляется, был сделан университетским профессором из Бангладеш А. Каламом. В нем отмечалось, что эта страна с конца 1980-х годов остается главным источником "официальной помощи развитию" для государств Южной Азии. Регион занимает в этом отношении второе место после ЮВА и на него приходится 15% средств, выделяемых Японией как страной-донором. Вместе с тем торговля со странами региона в последнее десятилетие стабилизовалась из-за рецессии, переживаемой японской экономикой. Тем не менее на Японию и сейчас приходится 10 - 11% внешнеторгового оборота региона, при том что доля Южной Азии в ее внешнем товарообороте существенно меньше (1.5%). Объем японских прямых инвестиций невелик. Наибольшими являются вложения в индийскую экономику, в то время как Бангладеш и особенно Пакистан привлекали ограниченное внимание японских инвесторов. А. Калам утверждал, что интерес Японии к южноазиатскому региону, традиционно весьма незначительный, в ближайшее время заметно возрастет. Главными аргументами при этом станут рост заинтересованности Китая в данном регионе и усиление в нем его позиций, а также обязательства Японии, вытекающие из ее союзнических отношений с США.

На последнем заседании были подведены итоги семинара. Развернутый обзор представленных материалов сделала адвокат Ш. Джамиль, в недавнем прошлом министр юстиции. С заключительным словом выступил президент Института региональных исследований генерал-майор в отставке Дж. Айяз Хан.

В заключение хотелось бы отметить атмосферу доброжелательности, которая господствовала на семинаре в отношении РФ, а также участие в его работе представителей Индии. Семинар пришелся на период потепления в пакистано-индийских отношениях. Одновременно с ним в Исламабаде проходила широко освещавшаяся местными СМИ пакистано-индийская встреча, организованная Ассоциацией свободной прессы Южной Азии. Индийскую делегацию из 59 человек возглавлял бывший главный министр штата Бихар Л. П. Ядав.


© biblio.uz

Permanent link to this publication:

https://biblio.uz/m/articles/view/Конгрессы-конференции-симпозиумы-ВЕДУЩИЕ-МИРОВЫЕ-ДЕРЖАВЫ-И-ЮЖНАЯ-АЗИЯ

Similar publications: LUzbekistan LWorld Y G


Publisher:

Ilmira AskarovaContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://biblio.uz/Askarova

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

В. Я. БЕЛОКРЕНИЦКИЙ, Конгрессы, конференции, симпозиумы. ВЕДУЩИЕ МИРОВЫЕ ДЕРЖАВЫ И ЮЖНАЯ АЗИЯ // Tashkent: Library of Uzbekistan (BIBLIO.UZ). Updated: 24.06.2024. URL: https://biblio.uz/m/articles/view/Конгрессы-конференции-симпозиумы-ВЕДУЩИЕ-МИРОВЫЕ-ДЕРЖАВЫ-И-ЮЖНАЯ-АЗИЯ (date of access: 23.07.2024).

Publication author(s) - В. Я. БЕЛОКРЕНИЦКИЙ:

В. Я. БЕЛОКРЕНИЦКИЙ → other publications, search: Libmonster UzbekistanLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Rating
0 votes
Related Articles
ХРАНЕНИЕ ДОКУМЕНТОВ И АРХИВНОЕ ДЕЛО В ОСМАНСКОЙ ИМПЕРИИ
3 days ago · From Ilmira Askarova
РОССИЯ-МОНГОЛИЯ: ИСТОРИКО-КУЛЬТУРНОЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ В ПРОШЛОМ И НАСТОЯЩЕМ
5 days ago · From Ilmira Askarova
ВОЕННЫЙ ПОТЕНЦИАЛ КРЫМСКОГО ХАНСТВА В КОНЦЕ XV - НАЧАЛЕ XVII в.
5 days ago · From Ilmira Askarova
ОСНОВНЫЕ НАУЧНЫЕ ТРУДЫ ДОКТОРА ИСТОРИЧЕСКИХ НАУК В. Ф. ВАСИЛЬЕВА
5 days ago · From Ilmira Askarova

New publications:

Popular with readers:

News from other countries:

BIBLIO.UZ - Digital Library of Uzbekistan

Create your author's collection of articles, books, author's works, biographies, photographic documents, files. Save forever your author's legacy in digital form. Click here to register as an author.
Library Partners

Конгрессы, конференции, симпозиумы. ВЕДУЩИЕ МИРОВЫЕ ДЕРЖАВЫ И ЮЖНАЯ АЗИЯ
 

Editorial Contacts
Chat for Authors: UZ LIVE: We are in social networks:

About · News · For Advertisers

Digital Library of Uzbekistan ® All rights reserved.
2020-2024, BIBLIO.UZ is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Uzbekistan


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of affiliates, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. Once you register, you have more than 100 tools at your disposal to build your own author collection. It's free: it was, it is, and it always will be.

Download app for Android