Libmonster ID: UZ-788
Author(s) of the publication: Л. М. ЕФИМОВА

Для понимания отношений СССР с зарубежными странами большое значение имеет анализ принятия решений в советском руководстве, особенно в сталинский период, когда все решения принимались исключительно Сталиным. Безусловно, главным, чем руководствовался вождь, были идеологические цели и геополитические интересы СССР. Однако немаловажным импульсом и исходным материалом для принятия конкретных решений служила получаемая информация. Акад. А. О. Чубарьян отмечает, что получаемая советскими лидерами информация (от дипломатических служб, разного рода представительств, братских компартий и т.п.) не была объективной, отражая идеологические стереотипы и установившиеся доктрины. Такая общая направленность и заданность информации влияла на формирование у советских руководителей искаженного видения мира и тем самым на принятие решений [Чубарьян, 1997, с. 12 - 13].

Архивные документы, касающиеся советско-индонезийских отношений, свидетельствуют о том, что немаловажное влияние на принятие внешнеполитических решений оказывала партийная и министерская бюрократия. Именно она первой получала информацию, которая затем в препарированном и дозированном виде ложилась на стол высшего руководства. Чиновники всех рангов старались так подать информацию, чтобы она не вызвала недовольства и раздражения со стороны вышестоящих лиц, а напротив, показала их собственную деятельность в выгодном свете. "Неудобные" сведения отсекались, а сообщавшие их сотрудники отстранялись от работы. В результате советские руководители не имели реального представления о происходивших в Индонезии событиях, что сказывалось и на принятии решений.

Наглядной иллюстрацией может служить судьба двух документов: Почтовой корреспонденции корреспондента ТАСС в Индонезии Г. Африна и Докладной записки о поездке делегации ВФДМ в Индию, Бирму, Малайю и Индонезию члена делегации журналиста О. Чечеткиной.

Корреспондент ТАСС Г. Африн приступил к работе в Индонезии во второй половине 1947 г. Он направил серию почтовых корреспонденции, имевших сугубо секретный характер, исключительно для сведения советского руководства. В них он сообщал о реальном, по его представлению, положении дел в Индонезии. Одна из таких корреспонденции обнаружена мною в Секретариате В. М. Молотова [АВП РФ, д. 631, п. 46, л. 3 - 21]. Этот документ впервые вводится в научный оборот.

Вначале Г. Африн дает картину безжалостной эксплуатации голландцами, стремившимися восстановить свои позиции в Индонезии, плантаций на Западной Яве с опорой на местных феодалов-марионеток и собственную армию. Далее (и неоднократно) автор сообщает, что все иностранные представители в Джакарте являются "отъявленными врагами Республики Индонезия". Они крайне напуганы тем, что Республика "имеет такой ярко выраженный социалистический характер и что ее лиде-

стр. 55


ры думают о строительстве социалистического общества" после того, как оттуда будут выброшены "голландские пираты и американские гангстеры".

Г. Африн сообщает о своих встречах с лидерами Республики и индонезийскими коммунистами: "Мне часто приходилось слышать жалобы от Сукарно, Шарифуддина, Сетиаджита, Абдул Маджида, Алимина и других лидеров, - почему до сих пор нет ни одного дипломата СССР, ни одного дипломата от демократических стран в Индонезии, которые, несомненно, помогли бы РИ". Корреспондент восторженно описывает встречи с коммунистическими и другими левыми руководителями - Юсуфом Мудадалом, Маруто Дарусманом, членами ЦК Коммунистической партии Индонезии (КПИ) и ее активистами, которые, по его словам, устроили ему радостную встречу и "засыпали вопросами об успехах СССР, о Сталине. Могу сообщить одно: все люди, которые здесь были, близкие, замечательные люди, близкие по крови и по духу".

24 сентября 1947 г. Г. Африн встречался с президентом Сукарно. По словам корреспондента, Сукарно "выразил благодарность СССР за поддержку, сравнивал ситуацию в Индонезии с революций 1917 года в России, вспоминал произведения Ленина о революции". На следующий день Африн разговаривал с лидером Компартии Алимином. По его сообщению, Алимин сказал: "Сукарно - это наш человек. С ним нужно работать. Но это, безусловно, наш человек". Вместе с тем Алимин жаловался на трудности работы в Индонезии: "Я знаю, что вы недовольны мною и положением здесь, но вы должны понять, что ситуация здесь очень тяжелая. ...Пусть нас поймут великие вожди Сталин, Молотов, Жданов, пусть нас поймет великий советский народ, что мы вместе с ними". Другой левый лидер Амир Шарифуддин, который в тот момент занимал пост премьер-министра Республики Индонезия, заявил корреспонденту ТАСС: "Да, мы хотим учиться у вас, мы хотим построить социалистическое общество в Индонезии". Он также просил оружие, "много оружия и инструкторов". При этом Шарифуддин отметил: "Мы возлагаем большие надежды на наших друзей в Китае, но придется еще ждать".

Специальный раздел корреспонденции Г. Африн озаглавил "Отношение индонезийцев к СССР". "Среди широких слоев населения Индонезии, - писал корреспондент, - чувствуется огромная любовь к СССР, к нашим вождям, народу. В Джокьякарте, Суракарте и других городах Республики Индонезия, где люди могут свободно выражать свои чувства, я беспрерывно встречался с настоящей искренней демонстрацией горячих чувств любви и восхищения народа по отношению к СССР. В киосках повсюду между Джокьякартой и Суракартой книжные полки заполнены книгами тов. Ленина и Сталина. Повсюду можно встретить Сталинскую конституцию, изданную на индонезийском языке. Повсюду у меня спрашивали портреты тов. Сталина. Огромным успехом пользовались наши кинокартины".

Материалы Г. Африна были использованы в важных рабочих документах, в частности в Записке министра иностранных дел СССР В. М. Молотова, направленной Сталину и содержавшей рекомендацию установить консульские отношения с Республикой Индонезия: "Среди индонезийского народа широко распространены симпатии к Советскому Союзу. На индонезийский язык переведены и распространяются произведения Ленина и Сталина, Конституция СССР и т.п." [АВП РФ, д. 633, л. 2].

Эта корреспонденция была разослана членам высшего советского руководства: Сталину, Молотову, Жданову, Берия, Маленкову, Микояну, Вознесенскому, Кагановичу, Булганину, Вышинскому. По-видимому, она очень понравилась как этим деятелям советского государства, так и чиновникам более низкого ранга. Почтовая корреспонденция не подверглась обработке и легла, очевидно, на столы руководства в первозданном виде.

Иной была судьба отчета Ольги Чечеткиной, посетившей Индонезию в то же самое время (май-июнь 1947 г.).

стр. 56


Помимо официальных отчетов руководящим органам ВФДМ О. Чечеткина составила подробный секретный отчет о своей поездке по странам ЮВА для руководства ЦК ВЛКСМ и Отдела внешней политики ЦК ВКП(б). Отчет был представлен 12 сентября 1947 г. В нем О. Чечеткина изложила свое видение ситуации в этих странах [РГАСПИ, д. 249, л. 23 - 52].

Анализ ситуации в отдельных странах она предварила характеристикой главных особенностей внутриполитической обстановки, общих для всех стран ЮВА, в которых она побывала. Чечеткина отметила рост политической активности и сознания народных масс в результате войны и японской оккупации. Следствием этого, по ее мнению, стало упрочение позиций и расширение влияния коммунистических партий, профсоюзов, крестьянских и молодежных организаций. Все это привело к усилению антиимпериалистической борьбы. При этом Чечеткина ставит в один ряд события в Индии и в Индонезии, указывая, что в этих странах антиимпериалистическая борьба ведется под лозунгом национально-освободительной революции [РГАСПИ, д. 249, л. 24]. Чечеткина отмечает также рост классовой борьбы. Все это вызывает реакцию империалистов, которые в союзе с местной буржуазией стремятся подавить политическую активность населения колониальных стран. Таким образом, О. Чечеткина отдала дань тезису о сговоре национальной буржуазии колониальных стран с империализмом.

В противовес объединению международной реакции растет единство колониальных народов: "Сейчас существуют большие возможности для широкого развития этого единства народных масс колоний как внутри стран, так и с трудящимися массами Европы и Америки". Чечеткина подчеркивает, что народы Юго-Восточной Азии интересуются, могут ли они получить реальную помощь и поддержку своей борьбе со стороны демократических сил Европы и Америки: "Народы колоний уже не хотят удовлетворяться резолюциями (хотя они и поддерживают в них дух сопротивления), они хотят получить что-нибудь более ощутимое." [РГАСПИ, д. 249, л. 24].

Главные надежды, как отмечает Чечеткина, народы колоний возлагают на помощь со стороны СССР: "Во всех странах, которые мы посетили, я увидела необычайный интерес и любовь к Советскому Союзу. ...Несмотря на отчаянную антисоветскую пропаганду, которую ведут там английские и американские газеты, среди народных масс не только не гаснет вера в СССР, а наоборот, надежда на помощь Советского Союза растет там с новой силой" [РГАСПИ, д. 249, л. 24].

Далее она пишет, что в самых отдаленных деревнях ее спрашивали, правильно ли они делают, поднимая мятежи против колонизаторов; сможет ли СССР послать им оружие; поддержим ли мы их, если они начнут революцию: "Мы справимся с англичанами, но нам надо знать, что вы нас поддержите" [РГАСПИ, д. 249, л. 24]. Ольга Чечеткина говорит о национально-освободительной борьбе народов Индии, Индонезии и других стран Юго-Восточной Азии, их готовности восстать против империализма, к совершению антиколониальных революций. Она подчеркивает их надежду на помощь прогрессивных сил Европы и Америки, прежде всего Советского Союза, именно в борьбе за национальную независимость. За приводимыми Чечеткиной словами представителей народов стран Юго-Восточной Азии проглядывает их неудовлетворенность только моральной и дипломатической поддержкой со стороны СССР, их стремление получить от Советского Союза практическую поддержку, вплоть до присылки оружия. Об этих надеждах колониальных народов, которые подогревались активной антиколониальной и антиимпериалистической агитационно-пропагандистской риторикой СССР на международной арене, писали и зарубежные авторы [Kahin, 1963, р. 269]. Вместе с тем следует отметить, что в своем секретном отчете, представляемом в ЦК ВКП(б), Чечеткина ни словом не упоминает о стремлении колониаль-

стр. 57


ных народов к проведению радикальных социалистических преобразований, к коммунистической революции.

В разделе отчета, посвященном ситуации в Индонезии, О. Чечеткина описывает сложное политическое и экономическое положение страны в условиях голландской блокады и антиколониальной войны в момент предъявления Голландией ультиматума Республике Индонезия летом 1947 г. В отчете содержится ряд интересных характеристик индонезийских лидеров и оценок политической ситуации в республике, отличающихся от взглядов советского руководства, партийной бюрократии и корреспондента ТАСС Г. Африна.

Прежде всего это касалось Сутана Шарира, занимавшего в то время пост премьер-министра страны. В советском руководстве до лета 1947 г. преобладало позитивное отношение к Шариру, который был лидером Социалистической партии Индонезии и рассматривался как представитель левых сил. Такое отношение поддерживалось, по-видимому, и мнением индонезийских коммунистов. Так, в документах Отдела внешней политики ЦК ВКП(б) сохранилось письмо члена руководства КПИ Маруто Дарусмана в ЦК Коммунистической партии Голландии (КПГ) от 18 июня 1946 г. Он считал Шарира близким к коммунистам: "Когда Шарир получил возможность образовать свое первое правительство, был сделан первый шаг на пути к правильной марксистской политике" [РГАСПИ, д. 216, л. 39]. Маруто Дарусман подчеркивал близость позиций обеих партий: "Борьба социалистов и коммунистов направлена как против чужеземного господства, так и против тех групп, которые своими радикальными лозунгами фактически ослабляют революцию". (Он имел в виду Тан Малакку и Субарджо, занимавших в то время антисукарновские позиции.) В письме указывалось, что социалисты имеют большое влияние среди крестьян и в женских организациях [РГАСПИ, д. 216, л. 42].

Очевидно, не без влияния этого письма была написана статья (без имени автора) о положении в Индонезии, опубликованная в закрытом Бюллетене Бюро информации ЦК ВКП(б) по вопросам внешней политики 1 октября 1946 г. N 18 [РГАСПИ, д. 94]. В ее заключительной части делался следующий вывод: "Подъем национально-освободительного движения, готовность масс идти на любые жертвы во имя завоевания свободы, тяготение широких слоев трудящихся ко всему, что связано с социализмом и коммунизмом, создают объективные условия, позволяющие коммунистической и социалистической партиям справиться с тяжелым внутриполитическим положением в стране и овладеть руководством национально-освободительным движением" [РГАСПИ, д. 94, л. 9]. В докладе члена советской делегации Мирзо Турсун-Заде о пребывании на Межазиатской конференции в Дели в марте 1947 г. отмечалось: "Выступление на конференции главы индонезийского правительства доктора Сутана Шарира делегации встретили тепло и сердечно" [РГАСПИ, д. 239, л. 81].

Видимо, положительную оценку Шарира разделяла и О. Чечеткина, без сомнения ознакомленная перед поездкой в страны Юго-Восточной Азии со взглядами советского руководства на расстановку политических сил в Индонезии. Однако в своем отчете она уже меняет мнение о Шарире: "Нужно сказать, что нам бросилось в глаза изменение, происшедшее во взглядах Шарира с тех пор, как мы виделись с ним в первый день приезда в Батавию. В тот вечер он говорил нам о непримиримой решимости правительства сопротивляться всякому нажиму голландцев" [РГАСПИ, д. 249, л. 44]. Но далее О. Чечеткина пишет: "Однако во время нашей последней встречи с ним, накануне нашего отъезда (и после голландского ультиматума. - Л. Е.), мы убедились, что от его решимости осталось очень мало, и, по всей видимости, он хотел склонить кабинет на компромисс с голландцами. Что же касается нашей делегации, то, как нам сказали, он "опасался", что наше пребывание на территории республики и выступления перед молодежью Индонезии, в которых мы заявляли о поддержке их борьбы,

стр. 58


может якобы "повредить" республике, так как англичане и американцы стали усиленно писать о "коммунистическом" характере Индонезии" [РГАСПИ, д. 249, л. 44 - 45].

В оценках президента Сукарно О. Чечеткина не расходилась с принятой в советском руководстве скорее негативной точкой зрения, хотя и внесла некоторые уточнения, касавшиеся его роли и места в политической жизни Республики. Как уже отмечалось, в первые месяцы независимости Индонезии советское руководство не уделяло сколько-нибудь серьезного внимания республике и ее президенту, не имея достаточно достоверной информации о происходивших там событиях. С начала 1946 г. СССР стал активно поддерживать антиколониальную борьбу в этой стране, но особой симпатии к ее лидеру не проявлял. Возможно, сказывалось влияние международной прессы, часть которой считала Сукарно ставленником японцев, а также противоречивое отношение к президенту индонезийских коммунистов. В уже цитированном письме Маруто Дарусмана Сукарно характеризовался как "мелкобуржуазный лидер, колеблющийся, со слабым характером", "соглашатель чистейшей воды" (по отношению к переговорам с Голландией. - Л. Е.). "Учитывая положение внутри страны, мы вынуждены пока оставить его", - пишет Маруто Дарусман [РГАСПИ, д. 216, л. 47].

О. Чечеткина, напротив, после личных встреч с Сукарно называет его человеком умным и хитрым, хотя и "самовлюбленным до упоения". "Он старается завоевать любовь и популярность среди населения", - писала она. И далее: "В нем чувствуется упорство в сохранении всех прав республики и беспокойство о будущем". Его волновала проблема признания Республики Индонезия со стороны СССР. Когда он задавал вопрос об этом, в его голосе звучала просьба и боязнь отказа. Сукарно также выразил желание наладить торговлю с СССР [РГАСПИ, д. 249, л. 49]. Чечеткина подчеркивает огромную популярность Сукарно среди населения Республики: "Причем характерно, что для них, этих тысяч крестьян и бедного люда, Сукарно - не личность, а символ республики" [РГАСПИ, д. 249, л. 46].

С гораздо большей симпатией О. Чечеткина отзывается о Шарифуддине, который занимал в то время пост министра обороны: "Он социалист, но, как нам сказали товарищи (коммунисты. - Л. Е.), очень близко стоит к компартии". Но симпатии Чечеткиной основываются не столько на этих сведениях, сколько на твердости этого лидера в стремлении бороться с голландцами и не идти на компромисс. По словам Шарифуддина, республиканцы будут сражаться до конца. Они объявят беспощадную партизанскую войну с применением политики "выжженной земли"...; "...республиканцы готовят свою армию к партизанской борьбе". Он показал карту размещения партизанских и армейских групп и народной полиции. "Разбитые при необходимости на более мелкие, они рассыпятся по всей стране..." [РГАСПИ, д. 249, л. 45].

Как видно, главным критерием О. Чечеткиной при оценках индонезийских лидеров является не столько их принадлежность к левым силам, сколько непримиримое отношение к голландским колонизаторам и решимость вести вооруженную антиколониальную войну. Очевидно, такая позиция советской журналистки вытекала из общей политической линии советского руководства в первой половине 1947 г., с которой она, безусловно, была знакома и которой обязана была придерживаться. Эту линию отмечает и Р. МакВей, указывая на большие симпатии СССР к борющейся Республике Индонезия, нежели к Индии и Неру, мирно договаривавшемуся с колонизаторами [MacVey, 1969, р. 43].

О. Чечеткина обратила особое внимание ЦК ВКП(б) на чрезвычайно плохое вооружение индонезийской армии: "Однако, чтобы не строить излишних иллюзий, я должна сказать, что с вооружением республиканской армии дело обстоит очень плохо. Мы видели кое-какие военные части республики, видели многих солдат, были в районах партизанских групп, и вооружение республиканцев производит грустное

стр. 59


впечатление. (Этот абзац отчеркнут одним из сотрудников ЦК ВКП(б), читавших документ. -Л. Е.) Самое большее, что они имеют, - это оставшееся японское вооружение, немного английских и американских автоматов, отобранных у голландцев, а остальное - все самодельное: минометы, ручные гранаты.

Народная милиция - это крестьяне, вооруженные остро отточенными бамбуковыми копьями. Конечно, ведение партизанской войны всегда рассчитано на захват оружия у противника. Но, если говорить о действительной помощи Индонезии, она должна выражаться в доставке им вооружения. Кое-что они получают из Китая и Индии через Сингапур на Суматру, а оттуда на Яву" [РГАСПИ, д. 249, л. 45]. Таким образом, О. Чечеткина еще раз напоминает, что народы борющихся против колониального режима стран, в частности Индонезии, конкретную помощь со стороны СССР видят в получении оружия.

Несмотря на боевой дух большинства индонезийцев, О. Чечеткина отмечает отсутствие собранности и должной бдительности: "Но вместе с тем в республике существует ничем не обоснованная беспечность, в том числе и среди коммунистов: по территории республики свободно разъезжают десятки американских, английских, голландских "наблюдателей", около лидеров республики, в том числе президента Сукарно и бывшего премьера Шарира, всегда вьются женщины-голландки." [РГАСПИ, д. 249, л. 46]. (Слова о беспечности, в том числе среди коммунистов, подчеркнуты читавшим. -Л. Е.)

Специальный абзац О. Чечеткина посвятила настроениям неудовлетворенности, нарастающим в народе: "До сих пор прокламация республики принесла народным массам Индонезии скорее моральное облегчение, чем социальные и экономические изменения. В своей повседневной жизни крестьяне, которые по-прежнему не имеют земли, еще не получили плодов республиканского строя. Они думают, что это является результатом блокады страны и необходимости мобилизовать все ресурсы на случай новых военных действий. Но уже сейчас они все более настойчиво выдвигают свои требования перед правительством" [РГАСПИ, д. 249, л. 46]. (Весь параграф отчеркнут читавшим. -Л. Е.). "Среди крестьян, а также и среди рабочих, - продолжала журналистка, - наблюдается некоторая неудовлетворенность тем, что во многих вопросах республиканское правительство не пошло дальше прокламации республики. И я думаю, чем дальше, тем больше будет расти это недовольство, если правительство не осуществит социальных и экономических реформ, которые освободят трудящихся от многих тягот предреспубликанского периода"1 [РГАСПИ, д. 249, л. 45 - 46]. (Весь параграф отчеркнут читавшим. -Л. Е.).

Описывая систему политических партий и общественных организаций Республики, О. Чечеткина указывала, что "за последние месяцы Социалистический фронт (туда входили КПИ, СПИ и Союз социалистической молодежи. -Л. Е.) значительно окреп и имеет большое влияние на всю политическую и экономическую жизнь страны. .. .Социалистический фронт имеет тесную связь и поддержку профсоюзов, крестьянского союза, гражданских армий (партизаны, войсковые части студентов и др.)" [РГАСПИ, д. 249, л. 47]. Однако журналистка подчеркивает и слабости индонезийских политических и общественных организаций, главная из которых - отсутствие опытных кадров. Коммунисты пытаются решать эту проблему, готовя кадры как для партии, так и для профсоюзов и крестьянской организации в Доме Маркса - созданной в Джокьякарте школе марксизма. Но, по мнению Чечеткиной, "при создании


1 Говоря о необходимости реформ, О. Чечеткина имела в виду не радикальные социалистические преобразования, а антифеодальные реформы, в частности излагая требования программы Социалистического фронта, принятой весной 1947 г.: снижение налогов, проведение земельной реформы, создание крестьянских кооперативов [РГАСПИ, д. 249, л. 47].

стр. 60


этой школы ЦК допустил серьезную ошибку, включив в программу как предмет "изучение троцкизма". Товарищи объяснили, что это было вызвано опасностью проникновения в партию троцкистских тенденций" [РГАСПИ, д. 249, л. 48 - 49].

Индонезийским коммунистам в отчете О. Чечеткиной не уделяется особого внимания, возможно, потому, что делегация ВФДМ ставила перед собой задачу налаживания контактов с как можно более широким кругом партий и организаций, не выделяя коммунистов. Тем не менее такие встречи, безусловно, были, и индонезийские коммунисты говорили журналистке о своих проблемах и трудностях: "Так же как и в других странах, секретарь компартии Индонезии тов. Алимин просил меня передать в ЦК ВКП(б) настоятельную просьбу о повседневной помощи и связи с другими партиями. Он просил передать о его откровенном признании, что бывает очень трудно без совета и связей с Москвой решить некоторые вопросы. Он также просил передать, чтобы в Индонезию скорее вернулся из СССР тов. Муссо, один из работников КП Индонезии (где он - я не знаю), и чтобы в Индонезию был послан корреспондент ТАСС" [РГАСПИ, д. 249, л. 49].

Гораздо больше внимания О. Чечеткина уделила индонезийскому молодежному движению. Она считала, что "ни в одной стране Азии молодежные организации не играют такой серьезной роли, как в Индонезии". При этом она отметила, что "всеобщее признание в стране важной роли молодежи в революции и в войне за независимость вскружило головы кое-кому из молодежных руководителей и среди них имеются известные тенденции авангардизма. Более серьезные и политически воспитанные люди уже поняли эту опасность и ведут с нею борьбу" [РГАСПИ, д. 249, л. 49].

Еще одной важной темой отчета О. Чечеткиной является единство индонезийского народа в условиях борьбы за независимость: "Отличительной чертой народа Индонезии сегодня является его единство" [РГАСПИ, д. 249, л. 45]. И продолжала: "Социалистический фронт ставит своей задачей сотрудничество с другими партиями" [РГАСПИ, д. 249, л. 48]. Она полагала, что возможно объединение всей индонезийской молодежи [РГАСПИ, д. 249, л. 51].

В заключительной части отчета О. Чечеткина обращала внимание ЦК ВКП(б) на необходимость решить "несколько больших и серьезных вопросов".

Первый и самый серьезный вопрос касался коммунистических партий в посещенных ею странах Азии, в том числе и Индонезии: "Коммунистические партии всех стран, и особенно колоний, бесспорно, нуждаются в повседневной и серьезной помощи и руководстве. Нужна связь между партиями, без чего им грозит серьезная опасность изоляции и невозможность правильно и быстро ориентироваться в серьезнейших международных и внутренних проблемах. До того, как станет возможным создание (в какой-либо форме) международной организации рабочих партий, совершенно необходимо создать бюро для связей между партиями отдельных стран. Такие бюро могут быть региональными, но связанными между собой или международными. В частности, я думаю, Социалистический фронт Индонезии мог бы выступить инициатором созыва Международной конференции или хотя бы совещания представителей разных стран".

Второе важное предложение Чечеткиной относилось к посылке советских торговых представителей: "Думаю, что мы выиграли бы политически и экономически, если бы имели постоянных торговых представителей СССР в ...Индонезии...". Далее она настоятельно рекомендует направить в Индонезию корреспондента ТАСС.

О. Чечеткина предлагала сделать одним из путей советского влияния в колониях и подготовки кадров приглашение студентов этих стран на учебу в СССР. При этом она указывала на срочность решения данного вопроса, поскольку американцы и англичане уже развивают большую активность в этом направлении. Она рекомендовала также направлять больше кинофильмов, агитирующих за СССР, в страны Азии,

стр. 61


увеличить посылку туда советских журналов, изменить сетку радиовещания на страны Азии с учетом местного времени, активизировать обмен молодежными делегациями [РГАСПИ, д. 249, л. 51 - 52].

Таким образом, можно сделать вывод, что О. Чечеткина осенью 1947 г. не видела никаких признаков или необходимости социалистической революции в Индонезии. Напротив, она подчеркивала единство индонезийского народа в антиимпериалистической борьбе, даже несмотря на то, что народные массы были недовольны своим тяжелым положением. Она указывала на кадровую слабость индонезийских левых, и коммунистов в частности, на их плохое знание марксистско-ленинской теории. Журналистка настоятельно рекомендовала способствовать установлению прочных контактов между азиатскими коммунистами, оказывать им помощь советами, а также усилить агитационную работу по пропаганде советского образа жизни в странах Азии.

Из отчета О. Чечеткиной также следует, что связи между КПИ и ВКП(б) в тот период практически отсутствовали и что индонезийские коммунисты выражали настоятельное стремление к установлению более регулярных и тесных связей между коммунистами стран ЮВА, а также с ВКП(б).

Отчет О. Чечеткиной вызвал негативную реакцию в Отделе внешней политики ЦК ВКП(б). В секретариат члена ЦК ВКП(б) М. А. Суслова, курировавшего внешнюю политику, был направлен не весь отчет, занимавший 30 страниц машинописного текста, а лишь краткая аннотация на четырех страницах, составленная спустя месяц -17 октября 1947 г. [РГАСПИ, д. 249, л. 58 - 61]. В начале ее подчеркивалось, что отчет "носит характер личных наблюдений и выводов из бесед с лидерами партий и организаций, с которыми встречалась делегация". Тем самым, на наш взгляд, политическая значимость содержавшихся в документе информации и предложений существенно снижалась. Индонезии в аннотации была посвящена только одна фраза: "О положении в Индонезии в докладной записке не содержится никаких данных, которые не были бы известны".

Авторы аннотации - заведующий сектором Юго-Восточной Азии Отдела внешней политики ЦК ВКП(б) В. В. Плышевский и инструктор Козлов - посчитали правильными и внесли в свой документ лишь следующие предложения О. Чечеткиной, проведение которых в жизнь, по их мнению, "будет способствовать популяризации СССР и росту симпатий к нему у народов стран Юго-Восточной Азии":

1) включать представителей из стран ЮВА в приглашаемые в СССР делегации профсоюзов, молодежи, женщин, деятелей культуры;

2) поскольку в странах ЮВА нет советских организаций кинопроката, рекомендовать советским женским, молодежным, профсоюзным организациям организовать распространение кинокартин в странах ЮВА;

3) рекомендовать радиокомитету принять эффективные меры к улучшению качества и времени передач на страны ЮВА [РГАСПИ, д. 249, л. 58 - 61].

Аннотация сначала была представлена на рассмотрение заместителю заведующего Отделом внешней политики Л. С. Баранову. В сопроводительной записке Плышевского, датированной 22 октября, подчеркивается, что "в аннотацию вошли лишь те вопросы, которые для нас являются новыми и составляют какую-либо ценность" [РГАСПИ, д. 249, л. 56]. Предложения О. Чечеткиной, касавшиеся коммунистических партий Азии и посылки торговых представителей, были подвергнуты резкой критике, как носящие общий характер и не имеющие практической значимости: "Например, заключение о том, что компартии стран Юго-Восточной Азии нуждаются в помощи и чувствуют потребность в более тесной связи между собой, - само по себе правильное. Но ставить сейчас вопрос перед руководством ЦК ВКП(б) о целесообразности создания какого-либо регионального объединения компартий этих стран

стр. 62


вряд ли целесообразно, учитывая политическое положение самих стран Востока и ту роль, которую играют там коммунистические партии. Скорее, мне думается, может идти речь о помощи в будущем советами этим компартиям со стороны созданного в Белграде Информационного бюро через печатный орган и другими возможными путями".

Отвергалось также предложение О. Чечеткиной о посылке в страны ЮВА торговых представителей СССР. Плышевский отмечает, что этот вопрос не так прост, как представляет Чечеткина, и ставить его - значит просто не знать обстановки в этих странах. Относительно Индонезии Плышевский указывает на то, что "самое существование Республики поставлено под вопрос в связи с войной Голландии за восстановление своего колониального господства в Индонезии" [РГАСПИ, д. 249, л. 56] Он подчеркивает, что в аннотации оставлены лишь те предложения, которые могут быть практически проведены в жизнь.

10 декабря 1947 г. заместитель заведующего Отделом внешней политики В. Мошетов направил в Секретариат М. А. Суслова докладную записку [РГАСПИ, д. 249, л. 53 - 54], в которой отчет и предложения О. Чечеткиной критиковались в еще более резком тоне. В ней указывалось, что ее отчет носит в основном информационный характер, и сообщалось об освобождении Чечеткиной от работы советским представителем в журнале ВФДМ "Молодежь мира" в связи с поступившим компрометирующим материалом. В записке подчеркивалось, что "большинство предложений не продумано". Далее повторялись формулировки сопроводительной записки Плышевского: ".. .заключение о том, что компартии стран Юго-Восточной Азии нуждаются в помощи и чувствуют потребность в более тесной связи между собой, - само по себе правильное. Но ставить вопрос перед руководством ЦК ВКП(б) о целесообразности создания какого-либо регионального объединения компартий этих стран вряд ли целесообразно, учитывая политическое положение большинства стран Востока и ту роль, которую играют там коммунистические партии". "Постановка перед ЦК ВКП(б) вопроса о посылке представителей СССР в Бирму, Малайю, Индонезию без учета общеполитической обстановки и наших экономических связей с этими странами - не мотивирована." Далее в документе поддерживались предложения, содержавшиеся в аннотации и сопроводительной записке, подготовленной Плышевским.

Таким образом, над отчетом О. Чечеткиной работали около двух месяцев в Отделе внешней политики ЦК ВКП(б) прежде чем он лег на стол Суслова. При этом из него были выхолощены наиболее острые и важные наблюдения относительно идеологической и организационной слабости индонезийских коммунистов, их изоляции от международного коммунистического движения и плохой готовности к сколько-нибудь серьезным действиям на политической арене страны, а также относительно плохой вооруженности индонезийской армии, об авангардизме и отсутствии выдержки среди индонезийской молодежи. Из представленной Суслову информации по отчету О. Чечеткиной, а также из факта ее отстранения от работы в международной молодежной организации можно сделать вывод о негативном отношении к ее взглядам на положение дел в странах Юго-Восточной Азии, ее оценкам местных коммунистов и других левых сил и даваемым ею в этой связи рекомендациям как авангардистским, революционным, не соответствующим более умеренным позициям, которых придерживался Отдел внешней политики, а следовательно, и руководство ЦК ВКП(б).

Наиболее точные, но нелицеприятные для руководства СССР, ЦК ВКП(б), а особенно для партийной бюрократии, наблюдения и замечания О. Чечеткиной так и не дошли до советских руководителей высшего ранга, которые принимали окончательные решения по проблемам Индонезии. В самом механизме подготовки важных информационных материалов и сказывалось немаловажное влияние чиновников от по-

стр. 63


литики на процесс принятия решении, в том числе и по вопросам советской политики в отношении Индонезии.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

АВП РФ (Архив внешней политики Российской Федерации). Фонд Секретариата В. М. Молотова. Ф. 06. Оп. 10.

РГАСПИ (Российский государственный архив социально-политической истории). Ф. 17. Оп. 128. Чубарьян А. О. Новая история "холодной войны" // Новая и новейшая история. 1997. N 6. Kahin G. McTurnan. Nationalism and Revolution in Indonesia. Ithaca, 1963. MacVey Ruth. The Soviet View of the Indonesian Revolution. Ithaca, 1969.


© biblio.uz

Permanent link to this publication:

https://biblio.uz/m/articles/view/ПЕРВЫЕ-СОВЕТСКИЕ-ЖУРНАЛИСТЫ-В-ИНДОНЕЗИИ

Similar publications: LUzbekistan LWorld Y G


Publisher:

Golem AnzhanovContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://biblio.uz/Golem

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

Л. М. ЕФИМОВА, ПЕРВЫЕ СОВЕТСКИЕ ЖУРНАЛИСТЫ В ИНДОНЕЗИИ // Tashkent: Library of Uzbekistan (BIBLIO.UZ). Updated: 13.06.2024. URL: https://biblio.uz/m/articles/view/ПЕРВЫЕ-СОВЕТСКИЕ-ЖУРНАЛИСТЫ-В-ИНДОНЕЗИИ (date of access: 23.07.2024).

Publication author(s) - Л. М. ЕФИМОВА:

Л. М. ЕФИМОВА → other publications, search: Libmonster UzbekistanLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Golem Anzhanov
Tashkent, Uzbekistan
26 views rating
13.06.2024 (39 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes
Related Articles
ХРАНЕНИЕ ДОКУМЕНТОВ И АРХИВНОЕ ДЕЛО В ОСМАНСКОЙ ИМПЕРИИ
3 days ago · From Ilmira Askarova
РОССИЯ-МОНГОЛИЯ: ИСТОРИКО-КУЛЬТУРНОЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ В ПРОШЛОМ И НАСТОЯЩЕМ
5 days ago · From Ilmira Askarova
ВОЕННЫЙ ПОТЕНЦИАЛ КРЫМСКОГО ХАНСТВА В КОНЦЕ XV - НАЧАЛЕ XVII в.
5 days ago · From Ilmira Askarova
ОСНОВНЫЕ НАУЧНЫЕ ТРУДЫ ДОКТОРА ИСТОРИЧЕСКИХ НАУК В. Ф. ВАСИЛЬЕВА
5 days ago · From Ilmira Askarova

New publications:

Popular with readers:

News from other countries:

BIBLIO.UZ - Digital Library of Uzbekistan

Create your author's collection of articles, books, author's works, biographies, photographic documents, files. Save forever your author's legacy in digital form. Click here to register as an author.
Library Partners

ПЕРВЫЕ СОВЕТСКИЕ ЖУРНАЛИСТЫ В ИНДОНЕЗИИ
 

Editorial Contacts
Chat for Authors: UZ LIVE: We are in social networks:

About · News · For Advertisers

Digital Library of Uzbekistan ® All rights reserved.
2020-2024, BIBLIO.UZ is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Uzbekistan


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of affiliates, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. Once you register, you have more than 100 tools at your disposal to build your own author collection. It's free: it was, it is, and it always will be.

Download app for Android