В. КОРГУН

Доктор исторических наук

Отношения между Россией и Пакистаном на протяжении последних десятилетий формировались под влиянием преимущественно внешних факторов. В прошлом, в период "холодной войны", Советский Союз и Пакистан принадлежали к противостоящим социально-политическим системам, состояли в противостоящих военно-политических блоках - Варшавском и СЕНТО и СЕАТО соответственно. Пакистан проводил проамериканский курс внешней политики, поддерживал по существу враждебные отношения с Индией. В этих условиях СССР оказывал поддержку Индии, проводившей политику неприсоединения.

Впрочем, несмотря на такую одностороннюю внешнеполитическую ориентацию, СССР и Пакистан стремились к сотрудничеству. Так, в 1966 г. советский премьер-министр А. Косыгин выступил посредником в военном конфликте Индии с Пакистаном. Тогда же, в 60-е гг., отношения между двумя странами получили определенное развитие с подписанием в 1961 г. соглашения о сотрудничестве в развитии нефтяной промышленности Пакистана. Оживлению экономических связей способствовали визиты президента М. Айюб-хана в Советский Союз в 1965 и 1967 гг. и А. Косыгина в 1968 и 1969 гг. в Пакистан. Сотрудничество между двумя странами продолжало развиваться и после кризиса 1971 г. в Пакистане, особенно в области энергетики.

На дальнейшее развитие советско-пакистанских отношений негативное влияние оказали события конца 1970-х в Афганистане - государственный переворот 1978 г. и приход к власти Народно-демократической партии Афганистана. Впрочем, афганская проблема задолго до этого стала раздражителем в отношениях между двумя странами.

Острые противоречия между двумя соседями, отказ Афганистана вступить в блок СЕНТО, попытки Кабула решить проблему Пуштунистана и его последующая переориентация на Советский Союз - все это осложняло советско-пакистанские контакты. Вместе с тем нормализация пакистано-афганских отношений во второй половине 70-х гг. и некоторое охлаждение связей между Москвой и Кабулом в этот период радикально не изменили характер отношений между СССР и Пакистаном.

Исламабад продолжал поддерживать добрососедские связи с Афганистаном и в первое время после прихода к власти в Кабуле левых сил, свидетельством чему явился визит пакистанского президента Зия уль-Хака в Кабул в сентябре 1978 г. Однако ввод советских войск в Афганистан в декабре 1979 г. нарушил хрупкий баланс сил в регионе. В этих условиях Пакистан вместе с большей частью мирового сообщества осудил акцию СССР и стал активно поддерживать афганскую оппозицию. На его территории, в г. Пешаваре, под покровительством местных властей открылись штаб-квартиры афганских исламских оппозиционных партий. После исламской революции в Иране 1979 г. Пакистан еще больше сблизился с США, став проводником американской политики в регионе. Неудивительно, что в таких условиях советско-пакистанские отношения резко ухудшились, но не прекратились: президент З. уль-Хак в 1982, 1984 и 1985 гг. посетил с официальным визитом СССР и провел переговоры о политическом урегулировании вокруг Афганистана.

Таким образом, на первый план в отношениях двух стран вышел политический аспект. В 1982 г. Пакистан включился в процесс переговоров по Афганистану, который завершился в 1988 г. подписанием Женевских соглашений между Афганистаном и Пакистаном, гарантами которых выступили СССР и США. Последовавший вывод советских войск из Афганистана в феврале 1989 г. создавал новые возможности для нормализации и активизации советско-пакистанских отношений. Но этого не произошло: Москва и Исламабад продолжали поставки оружия своим клиентам в Афганистане. Афганский кризис не был урегулирован.

В 1992 г. с приходом к власти в Кабуле моджахедов расстановка политических сил в стране и регионе радикально изменилась. США, главный спонсор афганской исламской оппозиции, утратили интерес к Афганистану. В этих условиях Россия попыталась хоть в какой-то мере реанимировать свои ослабленные позиции в Афганистане, направив в Кабул министра иностранных дел А. Козырева. Однако было очевидно, что Кремль уже не питает особого интереса к стране, где у власти стоят его непримиримые противники. К тому же в Афганистане началась гражданская война. Российское посольство в Кабуле было закрыто, осталось лишь генконсульство на севере страны, в г. Мазари-Шарифе.

Тем не менее, Москва стремилась использовать изменившуюся ситуацию для оживления своих контактов с Пакистаном: в 1993 г. Исламабад посетил с визитом министр иностранных дел России А. Козырев, а в 1994 г. с ответным визитом в Москве побывал его пакистанский коллега А. Али. И хотя в ходе этих визитов был подготовлен ряд документов о сотрудничестве в некоторых областях, дальнейшего развития эти контакты тогда не получили.

Приход к власти в Кабуле талибов в 1996 г. практически заморозил российско-афганские отношения (российское генконсульство переместилось к самой границе, в г. Хайратан, а затем и в узбекский пограничный г. Термез). Россия не только не признала режим талибов, но и осудила его политику. Пакистан же заявил об официальном признании Исламского эмирата Афганистан. Более того, в то время как Москва в межтаджикском конфликте поддерживала Душанбе, Кабул поддерживал объединенную таджикскую оппозицию.

Однако даже в этих сложных условиях Россия не только продолжала поддерживать контакты с Пакистаном - основным спонсо-

ром талибов, но и активизировала отношения с ним, решая как вопросы двустороннего характера, так и афганскую проблему. В 1999 г. состоялся долго ожидавшийся официальный визит премьер-министра Пакистана Наваза Шарифа в Москву, где был подписан договор об экономическом сотрудничестве. На встречах с российским руководством были затронуты проблемы регионального и международного характера.

В условиях, когда Исламабад стремился привести к власти в Кабуле пропакистанское правительство и практически осуществить таким образом давнюю идею президента М. Айюба, высказанную им еще в 1958 г., о создании пакистано-афганской конфедерации, в которой Пакистан выступал бы в качестве доминирующей силы, Москва активно включилась в процесс урегулирования афганского кризиса в рамках деятельности "группы друзей и соседей Афганистана" - "6 плюс 2" с участием Пакистана. Точкой соприкосновения российских и пакистанских интересов стал тогда и проект прокладки трансафганского газопровода из Туркменистана через Афганистан в Пакистан и далее в Индию с участием "Газпрома". Однако этот проект тогда так и не был реализован ввиду нестабильной обстановки в Афганистане, и активизировать отношения между двумя странами вновь не удалось. Тормозом на этом пути служили также открытое вмешательство Пакистана в афганские события и его поддержка религиозного экстремизма в Афганистане. Такая позиция Исламабада встречала острую критику со стороны Москвы.

События 11 сентября 2001 г. и последовавшая затем ликвидация режима талибов радикально изменили ситуацию в регионе. Формирование временного правительства в Кабуле во главе с Х. Карзаем и его ориентация на демократизацию афганского общества создали условия для сотрудничества России и Пакистана как в области восстановления Афганистана, так и в рамках международных и региональных экономических проектов. Однако двум странам не удалось найти общей основы для политического взаимодействия в Афганистане, поскольку они поддерживали противостоящие политические силы в стране - Москва оказывала поддержку северным меньшинствам, а Исламабад сделал ставку на пуштунское сообщество. Более того, несмотря на то, что Пакистан под давлением США провозгласил войну с террором, некоторые его структуры и религиозно-политические круги негласно поддерживают талибов.

Тем не менее, на новом этапе Россия и Пакистан получили новые возможности для взаимодействия и сотрудничества в рамках международных и региональных проектов, в которых участвует Афганистан. Речь в первую очередь идет о реанимации проекта строительства трансафганского газопровода из Туркменистана (месторождение Даулетабад) через афганскую территорию в Пакистан. После подписания соглашения в по этому проекту в Ашхабаде 2003 г. между С. Ниязовым, Х. Карзаем и П. Мушаррафом работа по его реализации активизировалась.

Процессы сближения позиций России и Пакистана ускорились после визита президента П. Мушаррафа в Россию в феврале 2003 г.

Участие "Газпрома" в проекте раздвинуло рамки российско-пакистанского сотрудничества в области добычи газа: летом 2007 г. Пакистан посетила делегация "Газпрома", члены которой встретились с официальными лицами, в том числе с секретарем министерства нефти и природных ресурсов В. А. Чоудри. По итогам визита был подписан меморандум, который позволит использовать потенциал "Газпрома" в развитии газовой промышленности Пакистана. Кроме того, речь шла также об участии российской компании в строительстве стратегического трубопровода из Ирана в Индию.

Однако основной сферой приложения интересов России и Пакистана в регионе остается Центральная Азия. После развала СССР Пакистан демонстрирует намерение выйти на рынки центральноазиатских стран. В этом плане он заинтересован в активизации сотрудничества с Россией, которая участвует в региональных экономических проектах - транспортных и энергетических. Речь идет о создании коридора "Север-Юг", включающего в себя не только газо- и нефтепроводы, но и автомобильные и железнодорожные магистрали, которые через Афганистан свяжут Россию (а также Европу) со странами Южной и, возможно, Юго-Восточной Азии.

В "ИГРУ" ВКЛЮЧИЛИСЬ И ГАЗОВЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ ИРАНА

В России видят Пакистан в роли одного из будущих азиатских энергомостов в случае, если будет введен в строй трубопровод протяженностью 2670 км, который свяжет богатые иранские месторождения с западноиндийскими штатами. Участие "Газпрома" в строительстве трубопровода стало одной из ключевых тем переговоров делегации российской газовой компании в Исламабаде. Впрочем, одним участием в этом проекте предварительной стоимостью 7 млрд. долл. дело для "Газпрома" не ограничивается. По итогам переговоров, как уже упоминалось, был подписан меморандум о взаимопонимании, который даст России возможность активно задействовать свои технологии и ресурсы в области разведки и освоения нефтегазовых месторождений, развития газовой инфраструктуры Пакистана, а также реализации проектов по использованию природного газа в качестве моторного топлива.

Еще одним крупным энергетическим региональным проектом, в котором участвуют Россия и Пакистан, является переброска электроэнергии из Таджикистана в Афганистан и далее в Пакистан. С завершением строительства Рогунской ГЭС, а также двух Сонгтудинских электростанций, в котором участвуют Россия и Иран, экспорт электроэнергии из Таджикистана приобретет международные масштабы и свяжет энергетические системы ряда стран Центральной и Южной Азии.

Наконец, сотрудничество России и Пакистана во всех этих и других совместных региональных и международных проектах, в сферу действия которых входит и Афганистан, может быть подкреплено взаимодействием трех стран в Шанхайской организации сотрудничества. (В ШОСе Пакистан и Афганистан, как и Иран, имеют статус стран-наблюдателей.) Участвуя в ее деятельности, Россия и Пакистан могут содействовать решению многих проблем, с которыми сталкивается Афганистан, таких как международный терроризм, наркобизнес, контрабанда, коррупция, борьба с бедностью и т. д.

Надо полагать, что решение афганской проблемы позволит вывести отношения между Россией и Пакистаном на более высокий уровень.

Постоянный адрес данной публикации: